ЧитаютКомментируютВся лента
Это читают
Это комментируют

Новости и события в Закарпатье ! Ужгород окно в Европу !

“Золотая заря” фашизоидного ренессанса в Европе

    16 травня 2022 понеділок
    Картинка користувача юго.

    В то время, когда Украина как бы идет в Европу, в самой Европе имеет место бурный ренессанс настроений правого толка вплоть до самых радикальных в виде оголтелого национализма, граничащего с нацизмом. Возрождение фашизоидных тенденций в европейском “оплоте демократии” назревало давно по целому ряду разных причин, сплевшихся в единый клубок. Это давние исторические обиды и предпосылки, лавинообразно возрастающий поток мигрантов и всплеск ксенофобии, этакий евроколониализм стран “старой” Европы по отношению к европрозелитам — новым членам ЕС, наконец, это глобальный финансово-экономический кризис, который и запустил эскалацию правых националистических настроений, вместо более логичных для кризисных времен леворадикальных тенденций. Европейские левые постепенно вытесняются из сферы электоральных интересов Европы. Перефразируя Владимира Маяковского, о Европе можно сказать: кто там шагает левой? правой! правой! Впрочем, подобное в истории уже было — приход к власти Гитлера на фоне Великой Депрессии...

    Предваряя возможные обвинения, сразу отметим, что нижеследующий опус отнюдь не является агитацией против Европы и, соответственно, за Россию, Евразию и прочий “таежный союз”. Это предупреждение для инфантильных еврооптимистов, что “девичьи мечты” о сытой и уютной жизни, хорошо оплачиваемой и непыльной работе, безвизовом пребывании в Европе следует сдать в архив или даже в утиль, по крайней мере, в обозримом будущем. Впрочем, это не исключает отдельные successful stories, которыми любят истерично размахивать европрозелиты и которые звучат обычно примерно так: у троюродной сестры моей кумы дочка вышла замуж за “підстаркуватого” голландца, который — на диво! — не курит марихуану и даже имеет нормальную сексуальную ориентацию, и они в Амстердаме неплохо пристроились, что якобы является ярчайшим свидетельством торжества “европейских ценностей”.

    Если же отбросить жлобско-инфантильные реминисценции вокруг того, как бы уютно пристроиться возле якобы сытного европейского корыта, то приходится отметить, что Европа вступает в полосу ксенофобии, нетерпимости, национализма, вплоть до нацизма и фашизма, и нечто подобное уже когда-то там было. Кстати, то же самое происходит в России, и в этом смысле Азиопа ничем не лучше Европы, как пытаются уверить московские пропагандистские истерички. Если еще недавно подобные настроения в Европе были уделом маргиналов, то теперь они все более овладевают широкими массами. А идея, овладевшая массами, как справедливо говаривал Карл Генрих Маркс, превращается в материальную силу — иногда очень страшную силу, как показала история!

    Австрийские сумерки греческого рассвета

    Начало 2000-х годов. О существовании греческих национал-фашистов из “Золотой зари” еще мало кто знает даже в самой Греции. Приближающаяся волна самого крупного расширения Евросоюза за счет стран бывшего советского блока сопровождается экзальтированной декламацией расхожих мифов о “европейских ценностях” и пением “Оды к радости”. Но приторный хор европейской толерантности был нарушен скандалом вокруг Австрийской партии свободы (АПС, Freiheitliche Partei Osterreichs, FPO), которую тогда возглавлял одиозный Йорг Хайдер, губернатор земли Каринтия.

    В межвоенный период и во время Второй мировой войны родители Хайдера состояли в гитлеровской НСДАП и усердно служили нацизму. Сам Хайдер (1950-2008) неоднократно восхвалял Гитлера и его режим. Под его руководством АПС заняла крайне правые и националистические позиции, выступая с требованием запретить иммиграцию и отказаться от вступления Австрии в Евросоюз. Хайдер опирался на широкую электоральную базу Альпийской республики — от сторонников запрещенной нацистской партии до либерального протестного электората, разочаровавшегося в двух основных политических силах, находящихся при власти, то есть в правоцентристской Австрийской народной и левоцентристской Социал-демократической партиях (СДПА, Sozialdemokratische Partei Osterreichs, SPO).

    Право-популистская риторика обеспечила партии Хайдера существенный рост популярности на федеральных выборах — с 5% в 1986 году до 27% в 1999 году. Но респектабельный европейский политикум продолжал считать взгляды Хайдера несовместимыми с “высокими европейскими ценностями”, а самого его — популистом, радикальным “нациком” и выскочкой, которому не место в большой политике. Поэтому громом среди ясного неба в 2000 году стало известие о том, что Австрийская народная партия (АНП, Osterreichische Volkspartei, OVP) и ее тогдашний лидер Вольфганг Шюссель готовы формировать правящую коалицию с партией Хайдера.

    Добропорядочная бюргерская Австрия мгновенно превратилась в европейского изгоя — 14 стран ЕС свели к минимуму сотрудничество с Веной. Запахло политической изоляцией...

    Но изоляция принесла бы больше вреда, чем пользы, не только Австрии, но и ЕС. Поэтому уже к концу 2000 года после того, как Хайдер формально отказался от поста главы партии, оставаясь ее реальным руководителем, бойкот страны был снят. Тогда это подавалось, в том числе и в наших хуторянских СМИ, как победа сплоченной европейской демократии, поставившей на место выскочку. На самом же деле все вышло наоборот.

    Австрийская партия свободы (АПС) раскололась. Выйдя из нее, наиболее радикальное крыло во главе с Хайдером в 2005 году создало новую политическую силу — Альянс за будущее Австрии (Bundnis Zukunft Osterreich, BZO). Ее программа более чем радикальная: консервация “старой Европы”, отказ от равных прав для новых стран-членов ЕС, ограничение иммиграции, поддержка местного сельского хозяйства, вплоть до национализации (!), введение плоской шкалы подоходного налога и налога на валютные спекуляции.

    На выборах 2008 года правонационалистические АПС и Альянс набрали суммарно 29%, получив таким образом треть в парламенте. Из них 10, 7% набрал Альянс Хайдера.

    Похоже, что популярность Альянса, а до него Партии свободы, во многом, определялась именно харизматичной личностью самого Хайдера. После его ухода рейтинг Партии свободы с 27% в 1999 году упал до 18,3% в 2008 году. На последних выборах 29 сентября 2013 года рейтинг этой партии подрос более чем на 3,8% и достиг 21,4%, но до пика популярности в 1999 году еще очень далеко. В свою очередь, Альянс, который в 2008 году набрал 10,7%, после гибели Хайдера сошел на маргинес, на выборах 2013 года взял всего 3,63%, не прошел 4%-й избирательный барьер и вылетел из парламента. Но это место тут же заняла новая “именная” партия под названием “Список Штронаха” (Team Stronach fur Osterreich), возглавляемая неким Франком Штронахом. Партия занимает позиции евроскептицизма и правого популизма. В итоге, правые в сумме получили в парламенте Австрии более 27%, что не намного меньше их предыдущего результата.

    Столь пристальное внимание Австрии здесь уделено по двух причинам. Во-первых, любого, кто хоть немного знаком с добропорядочной бюргерской Австрией, подобный разгул националистических страстей и поддержка правых сил электоратом могут показаться странными. Но это только на первый взгляд. В Вене честно, хотя и негромко, могут поведать, что в годы Второй мировой войны, вопреки расхожим мифам, Австрия была отнюдь не бедной жертвой гитлеровского аншлюса: присоединение к Германии было очень многими радостно воспринято вместе с нацистской идеологией и режимом, и подобные настроения в Альпийской республике являются весьма живучими.

    Во-вторых, праворадикальный скандал 2000 года в Альпийской республике служит, своего рода, начальной точкой в нынешнем европейском “правом марше”. Вопреки мифам, с устранением Хайдера с политической арены в 2000 году проблема возрождавшегося правого национал-радикализма решена не была. Наоборот, проблемы только начинались...

    Внутренние двигатели наружного фашизма

    Перефразируя еще одного классика — на сей раз, Льва Толстого — следует отметить, что в разных странах Европы правые настроения проявляются по-разному, от мягких форм до радикальных и фашизоидных, но все они имеют одинаковые глубинные корни. Предпосылки для правых тенденций сложились давно, но спусковым крючком в нынешней эскалации национализма, по скромному разумению автора, стал кризис.

    Кризис разрушил уютный докризисный мирок потребительского счастья, привел к падению уровня жизни, росту цен и тарифов, погружению в засасывающую трясину долгов широких масс и целых государств. Резкое ухудшение внешних экономических условий жизни неминуемо ведет к обострению невротичной тревожности, к ощущению никчемности, беспомощности, бессилия перед социальными силами, которые массовый индивид сам же и создает. Через известные из психоанализа механизмы бессознательного, прежде всего, “сопротивление”, невротичная тревожность порождает не только депрессию и безысходность, но и агрессию, которая часто рационализуется в национальных и патриотических символах как наиболее доступных и распространенных. Кроме того, упомянутое ощущение слабости и никчемности через механизмы “угнетения” и “переноса” порождает стремление ощутить себя частью чего-либо большого и значимого — корпорации, партии, класса, нации.

    Кризис существенным образом повлиял на психологический портрет западного общества. Толерантно-приспособленческий социальный характер докризисной потребительской “дольче виты” стал уступать более органичному для кризисных условий авторитарному садомазохизму социального генеза с элементами разрушительности. Мазохистские тенденции выражаются в стремлении опереться на внешнюю силу в виде нации и националистической партии для обуздания чувства слабости и беспомощности. В диалектически противоречивом единстве с мазохизмом возникают компенсирующие его садистские импульсы — страсть к господству, эксплуатации, физическому и моральному подавлению. Неспособность разрешить проблемы ведет к накоплению деструктивного потенциала и выливается в стремление разрушить объект ненависти или его заменитель.

    Виновного во всех действительных и мнимых бедах, объект, на который можно направить указанные выше иррациональные страсти, долго искать не приходится. Это “чужие”, “понаехавшие”. Иммигрантов и их потомков в Европе всегда хватало по причине “славного” колониального прошлого, глобализационные процессы последних десятилетий наводнили западную часть континента выходцами из Азии, Африки, арабского мира, а последние катаклизмы в странах третьего мира, например, “арабская весна” еще более усилили поток мигрантов, который буквально захлестывает Европу, которая и без того сильно страдает от кризиса.

    В 2000-х годах ситуацию еще больше усугубило массированное расширение Евросоюза за счет стран бывшего советского блока. Миллионы новоиспеченных граждан объединенной Европы подались на запад в поисках лучшей жизни. Пение “Оды к радости” быстро окончилось, и начались суровые будни выживания в новых сложных социально-экономических условиях, которые обострил кризис.

    К тому же, мигранты часто сами дают поводы для враждебного отношения к себе. Они плохо социализируются, а выходцы их экзотических стран часто вообще не социализируются даже в течение нескольких поколений. В иммигрантской среде процветает криминал. На фоне сокращения численности представителей коренного населения, “чужие”, наоборот, “плодятся и размножаются” весьма активно, что только добавляет социальной напряженности. Мигранты не только занимают рабочие места, впрочем, чаще всего те, на которых местные работать брезгуют, но также часто вообще не хотят работать, но готовы вести паразитический образ жизни, создающий непосильную нагрузку на социальные системы западных стран, которые и без того трещат по всем швам, особенно с началом кризиса. Во время кризиса поток мигрантов из стран “новой Европы” еще более усилился, поскольку именно “европейские задворки” пострадали больше всего.

    Наряду с арабо-африканскими мигрантами, питательной средой для криминала становятся и выходцы из новых стран Евросоюза. По некоторым данным, первое место среди обитателей тюрем Великобритании удерживают поляки, второе — румыны, а третье — выходцы из такой “великой” страны, как Литва. Кстати, если в этих странах после присоединения в ЕС уже наступило то самое “чудо”, о котором так навязчиво толкуют европропагандисты , то почему граждане этих стран массово бегут от этого чуда туда, где они подвергаются эксплуатации и дискриминации, работая на грязных, непрестижных и низкооплачиваемых работах и где их считают людьми низкого сорта?

    В таких условиях неминуемой стала эскалация ксенофобии, национализма и правого радикализма в странах “старой” Европы. Это и нашло выражения в росте популярности политических сил, занимающих резко правые, националистические позиции.

    Поскольку именно страны, присоединившиеся к ЕС недавно, более всего пострадали от кризиса, оказавшись в долговой яме, правительства этих стран вынуждены выполнять требования Евросоюза и международных финансовых организаций — резко сокращать бюджетные расходы, социальные и пенсионные программы, рабочие места в государственном секторе и доходы граждан, повышая при этом налоги. Это еще более ухудшает положение населения, ставит его на грань выживания или даже за грань такового. Все это неминуемо влечет за собой эскалацию национал-радикализма, направленного не только против мигрантов, но и против европейских чиновников и богатых стран Европы, прежде всего Германии.

    Дабы предварить обычные в подобных случаях обвинения в смешивании фашизма и нацизма, которые, по “глубокому” мнению ряда “умников”, разительно отличаются друг от друга, отметим следующее. По скромному разумению автора этих строк, в основе как социального “солидаристского” фашизма в стиле Муссолини, так и националистической тоталитарии в стиле гитлеровского нацизма лежат если не идентичные, то очень сходные массовые психологические импульсы, описанные выше. Внешняя фашистская и нацистская атрибутика является поверхностной рационализацией более глубоких содержаний массовой психики, как сказал бы в этом случае Эрих Фромм. Взгляды Фромма автор позаимствовал для подведения к вопросу правого ренессанса в Европе хоть мало-мальски наукообразной базы, поскольку все рассуждения на эту тему, с которыми приходилось в последнее время сталкиваться, ограничиваются пересказом фактажа без малейшей попытки их систематизации и научного толкования.

    Такова общая, весьма неприглядная картина, складывающаяся в Европе. Но в силу историко-культурных и социально-экономических особенностей, в разных странах имеются характерные отличия, часто весьма существенные, взглянуть на которые будет интересно и даже забавно.

    Вперед, заре навстречу?!

    Начать следует, несомненно, с “европейских задворок”, по которым кризис нанес наиболее сильный удар. На первое место здесь, несомненно, следует поставить Грецию.

    Казалось бы, Эллада в свое время достаточно пострадала от фашизма и нацизма, и прививки от этих явлений должно было хватить на долгие годы. Но ультраправый радикализм возродился в лице партии Хриси Авги, что переводится с греческого как “Золотая заря” или “Золотой рассвет”. Ее идеологию считают неофашистской и неонацистской. Даже партийный символ в виде греческого меандра больше смахивает на свастику. Правда, руководство партии подобные обвинения отвергает, считая себя просто “нормальными националистами”. Но о реальных взглядах основателя и бессменного лидера партии Николаоса Михалолиакоса свидетельствует хотя бы опубликованная им еще в 1987 году статья “Гитлер на 1000 лет”, в которой восхвалял гитлеризм. В частности, в ней содержался такой пассаж: “Мы преданные солдаты национал-социалистической идеи. Мы... будем продолжать бороться за превосходство нашей расы”. Забавно, что внешне Михалолиакос так же мало похож на “истинного арийца”, как и Гитлер. В руководстве партии высказываются бредовые идеи о том, что если бы Гитлера не втянули во Вторую мировую войну евреи (!), то бурное развитие национал-социализма избавило бы белую расу от современной деградации.

    Кстати, в части деградации белого человека, в том числе, в так называемых развитых странах, греческие фашисты где-то правы. Например, все эти гендерно-гомосексуальные извращения, ювенальная юстиция и прочая лабуда, подаваемая едва ли не как высшее достижение западной цивилизации, все более раздражают людей, не развращенных “европейскими ценностями”. Но здесь интересно другое. В руководстве Хриси Авги считают, что торжество национал-социализма позволит белой расе восстановить и сохранить некие “фундаментальные античные ценности”, и именно это якобы позволит избежать деградации человечества. В этом вопросе греческие “нацики” или “честно заблуждаются”, или элементарно неграмотны в истории, или намеренно передергивают известные исторические факты. Последние же гласят, что греко-римский античный мир был поражен многими нынешними пороками западной цивилизации, которые из античности и выросли, и именно это, во многом, стало причиной бесславного конца европейской античности. Но это так, к слову...

    Бурная биография отца-основателя Хриси Авги не оставляет сомнений в его фашистских умонастроениях. В 16 лет он стал членом националистической партии “4 сентября”, получившей свое название в честь совершенного 4 сентября 1936 года государственного переворота, в результате которого была установлена фашистская диктатура генерала Иоанниса Метаксаса. Что же касается Михалолиакоса, то в молодости он отбывал тюремные сроки за участие в ультраправых экстремистских группировке и в тюрьме “имел честь” познакомиться с деятелями греческой военной хунты 1967-1974 годов, известной под собирательным названием “черных полковников”.

    Сама же партия “Золотой рассвет” была зарегистрирована Михалолиакосом в 1993 году. Но долгое время она оставалась малоизвестной маргинальной кучкой неадекватных политиканов. А как же: Европа и недавно вступившая в нее Греция летели на встречу сытому и уютному евроинтеграционному счастью, а о том, что скоро может последовать несчастье, никто не думал. Даже на первой волне кризиса, когда “Золотая заря” впервые приняла участие в парламентских выборах 2009 года, партии удалось получить всего 0,46% электоральных симпатий.

    Но кризис свирепеет, экономика разваливается, государство погружается в глубочайшую долговую яму, а выхода из многолетней рецессии не видно. По официальным статистическим данным, безработица во втором квартале 2013 года составила 27,1%, что значительно выше показателя первого квартала 2012 года, когда она была на уровне 23,6%, а среди молодежи безработица доходит до 60%. Ситуация критически ухудшается неолиберальной политикой, мерами жесткой экономии, которые Греции навязывает так называемая евротройка кредиторов — Евросоюз, Евроцентробанк и МВФ, что ведет к дальнейшему урезанию социальных расходов и сокращению рабочих мест.

    Правда, еврокомиссар по финансам Олли Рен радостно сообщает, что ценой обнищания граждан ситуация стабилизируется, и по итогам 2013 года ВВП Греции может вырасти. Но греков все более охватывает тот самый страх, о котором говорилось выше.

    Доминировавшие ранее во власти правоцентристская “Новая демократия” и левоцентристское Панэлленическое Социалистическое Движение, более известное как PASOK, которые поддерживают меры “евротройки”, стали уступать левым радикалам из Коалиции радикальных левых (СИРИЗА) и правым радикалам из “Золотой зари”.

    На парламентских выборах 6 мая 2012 года партия получила 6,97 % голосов, что дало ей право занять 21 место в парламенте. На повторных парламентских выборах 17 июня 2012 года партия получила 6,93% голосов, заняв 18 мест в парламенте D0%B0%D0%B9)” o “Парламентские выборы в Греции 2012 (май)” выборах 6 мая 2012 года партия получила 6,97 % голосов, что дало ей право занять 21 место в парламенте. На повторных парламентских выборах 17 июня 2012 года партия получила 6,93% голосов, заняв 18 мест в парламенте из 300. Есть мнение, что на приближающихся выборах в Европарламент Хриси Авги может получить значительное число мест из 22, полагающихся Греции, конечно, если партию вообще допустят к выборам, о чем далее.

    Программа “Золотой зари” содержит, в частности, следующие положения: бесплатная медицинская помощь, образование и юридические консультации, банк крови, культурные мероприятия. Лидер Михалолиакос считает предателями тех, кто разворовал страну, продал ее американским сионистам, присоединил к “Евреесоюзу”, загнал Грецию в засасывающую трясину долгов. Врагами нации греческие радикалы считают сионистов, либералов, евреев, коммунистов. По мнению ультрас из “Золотой зари”, настоящий грек — это православный христианин, почитающий национальные традиции.

    Правда, здесь есть одна “неувязочка”. Сначала религиозной идеологией Хриси Авги был нацистский оккультизм. Очевидно, что в Греции, где православная церковь пользуется высоким авторитетом, подобная эксцентрика не нашла бы поддержки в массах. Для создания положительного имиджа произошло скоропостижное “перекрещивание в исконно-православные”.

    Хриси Авги пропагандирует превращение Греции в самодостаточную автаркию. Для этого следует срочно взяться за разработку газовых месторождений на Крите и отказаться от выполнения меморандума с евротройкой, иначе ресурсы страны попадут в руки сионистов. Чтобы обрести реальную независимость, Греция должна национализировать энергетику и возродить пришедшее в упадок по вине ЕС сельское хозяйство, рост объемов добычи золота использовать для инвестиций в экономику, перекрыв доступ к золоту иностранным капиталистам.

    Поскольку Запад — это враг, следует выйти из ЕС и сотрудничать с “братской” православной Россией, которая вложит инвестиции в разрушенную экономику Греции и защитит страну от возможной военной агрессии США и сионистов.

    Здесь следует сделать несколько замечаний. Во-первых, наивные планы греческих “нациков” по борьбе с западным капиталом при помощи российского государственно-монополистического капитализма бандитско-олигархического образца вызывают приступ истерического хохота. Во-вторых, Россия долго торговалась, но так и не пришла на помощь “братскому православному” Кипру во время недавнего кризиса на острове. В-третьих, пока “Газпром” долго торговался о покупке греческой газораспределительной компании DESFA, ее перехватила азербайджанская нефтегазовая государственная корпорация SOCAR, потеснив Россию на Балканах и включив DESFA в создаваемую совместно с Турцией газотранспортную систему TANAPТАР.

    По мнению членов Хриси Авги, интересы коренной греческой нации нагло ущемляют не только международные капиталисты и продавшееся сионистам правительство страны, но и иммигранты. Они проживают в Греции в “роскошных условиях”, получают бесплатное питание, ночлег и работу вместо безработных греков. Их предлагается депортировать, поскольку, как утверждает жена лидера “Золотого рассвета” Элени Зарулья, они “вторгаются на нашу территорию и разносят всякие инфекции”.

    Кроме антимигрантской риторики, греческие ультра высказывают территориальные претензии к Турции — сильнейшей в военном отношении стране региона и члену НАТО, куда входит и Греция! Предъявляются также претензии на Кипр и острова Эгейского моря, которые с исторической точки зрения, впрочем, действительно являются греческими. Наиболее сильные территориальные претензии высказываются к самым слабым странам региона Македонии и Албании.лену НАТО, куда входит и Греция! Предъявляются также претензии на Кипр и острова Эгейского моря, которые с исторической точки зрения, впрочем, действительно являются греческими. Наиболее сильные территориальные претензии высказываются к самым слабым странам региона Македонии и Албании.

    В партии полагают, что в стране должна восторжествовать атмосфера здоровья, спорта, приверженности культуре античности и догмам православной церкви. Особое внимание уделяется национальной безопасности. Всеобщую воинскую повинность следует ввести не только на мужчин, но и на женщин, кроме матерей, строго преследуя в уголовном порядке “уклонистов”. И вообще, в “Золотой заре” считают, что социальный организм следует строить на военных принципах

    Надо отдать должное, в части помощи простым гражданам дела членов партии не расходятся со словами, чем греческие нацисты выгодно отличаются, например, от наших патриотов из какой-нибудь “Свободы”. Депутаты фракции Хриси Авги в парламенте отказались от полагающейся им зарплаты в размере 20 тысяч евро, оставляя себе лишь по 2 тысячи на “базовые потребности”. Партийные активисты раздают еду нуждающимся, но только коренным грекам, предоставляют кровь из специально созданного ими банка крови, ремонтируют жилье тем, у кого оно пришло в негодность. . Они проводят среди женщин тренировки по защите от “хищных и похотливых иммигрантов”, патрулируют опасные в криминогенном отношении кварталы Афин.

    Наиболее подкупает простых граждан непримиримое отношение партии к обворовавшим народ коррупционерам, которых “Золотая заря” требует судить по всей строгости.

    Обострение противоречий уже привело к первым росткам гражданской войны между сторонниками правых и левых радикалов. В 2008 году между ними происходили ожесточенные стычки, а в 2010 году в штаб-квартире Хриси Авги произошел взрыв. Власти Греции сотрясают воздух гневными обещаниями положить конец подобным разборкам, но обуздать поднимающуюся волну гражданского противостояния не могут.

    Победоносный “правый марш” продолжался бы и дальше, но 18 сентября в пригороде Афин был убит левый активист и антифашистский рэп-исполнитель Павлос Фиссас. В убийстве сознался один из членов “Золотой зари”, хотя сама партия свою причастность к преступлению отрицает. Парламент лишил неприкосновенности 6 депутатов от партии, включая ее главу, и 28 сентября они были арестованы.

    По конституции Греции, политическую партию запретить нельзя. Поэтому власти страны собираются представить доказательства того, что Михалолиакос и компания — это преступная группировка, незаконное вооруженное формирование, которое накопило запасы оружия, занимается нападениями на иммигрантов и имеет своих агентов в полиции. Словом, “шьют” даже не просто политический бандитизм, а чуть ли не подготовку государственного переворота. Правоохранители наконец-то заинтересовались вопросом о том, кто финансирует партию, ее центральный офис и 50 региональных отделений. Власть, сформированная представителями “Новой демократии” и ПАСОК, в частности, премьер Антонис Самарас, демонстрируют готовность любыми средствами не просто устранить “Золотую зарю” с политической арены, но и уничтожить ее вообще. Власть стремится сделать это до выборов в Европарламент весной 2014 года, чтобы представители Хриси Авги туда не попали, а шансы такого прохождения велики из-за популярности партии.

    К тому же, ситуацию в стране дестабилизирует гражданское противостояние. Два активиста “Золотой зари” были недавно застрелены прямо перед офисом партии в Афинах неизвестными. Есть обоснованное подозрение, что это была акция возмездия, проведенная левыми радикалами.

    Но популярность Хриси Авги может сыграть против власти. Повторим, “Золотая заря” пользуется возрастающей популярностью, что является результатом реальных дел, пусть даже совершаемых в популистских целях. Кроме того, в массах находит отклик яростная антикоррупционная риторика ультраправых. К тому же, ряд священнослужителей, вплоть до представителей высшего клира, поддерживают Хриси Авги, считая их защитниками народа и веры, невинными жертвами находящейся у власти плутократии. А православная церковь пользуется в Греции большим авторитетом. Правда, ряд высокопоставленных священников выступает резко против “Золотой зари”, за что уже успели получить угрозы от радикалов. Словом, ультраправые сумели расколоть и церковь...

    Партия прошла в парламент демократическим путем, кстати, как в свое время НСДАП во главе с Гитлером. При попытке ее запрета последователи Михалолиакоса обратятся в конституционный суд, и начнется политический процесс, который будет работать на имидж партии. Наконец, преследование Хриси Авги создаст партии мученический ореол гонимой и преследуемой, что может привести к дальнейшему росту ее популярности, а также радикализации, но уже в подполье.

    “Йоббики” — это совсем не то и рядом с нами

    Подобная, хотя не столь радикальная и популярная сила, есть в соседней с нами стране — Венгрии. Более того, эта сила высказывают к Украине территориальные претензии. А после того, как некий “международный суд” фактически подверг ревизии послевоенные границы, отдав значительную часть украинского нефтегазоносного шельфа Черного моря Румынии, а по сути, транснациональным корпорациям, особой надежды на западных демократов, НАТО и ЕС в деле международной стабильности питать не следует.

    Национализм имеет в Венгрии сильные исторические корни. Этому способствовала долгая национальная борьба венгров в ХІХ веке в рамках империи Габсбургов, в результате чего венгры, наряду с австрийцами, стали титульной нацией, преобразовав Австрию в Австро-Венгрию. Эскалации национализма очень поспособствовал территориальный раздел Венгрии после Первой мировой войны, закрепленный после Второй мировой, в результате чего венгры уже без малого 100 лет считают себя униженными, и это чувство не смог выветрить ни декларативный интернационализм советских времен, ни нынешние так называемые европейские ценности, которые на фоне кризиса прямо на глазах сдуваются, как проколотая автомобильная шина. В явном или неявном виде Венгрия имеет территориальные претензии ко всем своим соседям.

    Если послушать венгерских националистов, то автономный край Воеводина в Сербии — это Венгрия, Северная Трансильвания в Румынии — это Венгрия, северо-восток Хорватии — Венгрия, наше Закарпатье — это само собой Венгрия, а Словакии вообще быть в природе не должно — это “северная Венгрия” аж до границы с Польшей. Венгры приводят этому массу исторических оправданий, начиная с того момента, когда они, придя в Европу из Поволжья, Урала, Западной Сибири и прочих глубин Евразии, не будучи даже индо-европейцами по языку, “обрели родину”, как они говорят, в этих краях, хотя здесь жили даки, славяне, кельты, существовали трансильванские княжества и Великая Моравия, простиравшаяся до нашего Закарпатья. Даже сам этноним “венгр”, “угр”, “мадьяр” происходит, скорее всего, от “Унгвара”, т.е. нашего Ужгорода, по которому они взяли себе название в конце 9 века. После разгрома Венгерского королевства в начале 16 века и вхождения его остатков в Австрию, венгры утратили Буду и Пешт, перенеся столицу в Прешпорк, ныне — Братиславу. В братиславском Кафедральном соборе Святого Мартина короновались венгерские короли, а по сути, австрийские императоры, в частности знаменитая Мария-Тереза, которая “в нагрузку” к званию самодержицы Австрии получила еще и “почетную должность” королевы Венгрии. При преобразовании Австрийской империи в Австро-Венгерскую во второй половине 19 века все эти земли считались венгерской частью общей австро-венгерской короны, и на этих землях правила венгерская знать.

    По мнению венгров, после развала Австро-Венгрии и после Второй мировой, Венгрию сильно обидели, отобрав у нее “исконно-венгерские” земли, включая Закарпатье. И теперь Венгрия раздает паспорта всем желающим в округе, и прежде всего в маленькой Словакии, в которой много потомков венгров и с которой у Венгрии нет границ, т.к. они входят в одну шенген-зону. Официальная Братислава бьет в набат и апеллирует к Брюсселю, где нынче более важных проблем много. Тогда Словакия начинает зажимать венгерское меньшинство, Венгрия отвечает тем же у себя. Выезжая из Украины, венгерские водители обязательно едут через Чоп на венгерский Захонь и никогда не поедут через Ужгород на словацкое Высоко-Немачке, даже если им дальше нужно ехать в словацкое Кошице, они готовы дать крюк в несколько сотен километров по горам, лишь бы не встречаться со словацкими пограничниками — такая у них “дружба народов” в Евросоюзе. Конечно, это проблемы “европеоидов”, но такая же ситуация в нашем Закарпатье.

    Исторически здесь много живет венгров, которым, в отличие от “липовых” румын Буковины, где Румыния контрабандой раздает свои паспорта, и доказывать не нужно, что они венгры. Многие из них не только не знают украинского или даже русского языка, но и не хотят их знать вообще, даже советская власть их не смогла перевоспитать. Они смотрят венгерское телевидение, читают венгерские газеты и книги, живут замкнутыми анклавами, прежде всего в Берегово и окрестностях, часто не особо даже скрывая враждебное отношение к Украине как таковой. Нашумевший скандал с исполнением венгерского гимна перед заседанием райрады имел место в Береговском районе. В этих краях везде вывешены венгерские флаги, а надписи на улицах сделаны по-венгерски и далеко не всегда по-украински или по-русски. Дети этих людей учатся в Венгрии. У большинства все родственники — в Венгрии. Они работают и решают свои проблемы в Венгрии. На автопереходе Чоп-Захонь и на мосту через Тису, по которой проходит граница, не протолкнуться от закарпатских венгров, едущих в Венгрию по делам на машинах с венгерскими номерами, а вечером эта кавалькада движется в обратном направлении. У них не Ужгород — а Унгвар, не Мукачево — а Мункач, и т.д. Словом, эти люди живут на востоке Венгрии, а не на западе Украины.

    Политика Украинского государства по обретению среди этих людей хотя бы минимальной симпатии провалена, да и нет этой политики вообще: когда “элита” занята дерибаном, ей не до тонких материй межнациональных отношений. Естественно, что получение закарпатскими венграми паспортов и второго гражданства Венгрии было вопросом чисто техническим. Налицо целый анклав людей, которые никогда не были и не станут гражданами Украины, и эту территорию у Украины после развала Союза, державшего всех в узде, не отобрали только по стечению обстоятельств, а также потому, что Евросоюз сдерживает новообращенных прозелитов, дабы те не хулиганили, ведь Европе лишняя “буза” на границах не нужна — ей других проблем хватает.

    Итак, в Венгрии и ее окрестностях для национализма имеется серьезные исторические предпосылки, к которым в последние годы прибавилось крайнее обострение социально-экономических проблем. Связаны они, прежде всего, со вступлением Венгрии в Евросоюз. С тех пор прошло 10 лет, и можно подвести первые итоги объединения венгров с “единой европейской семьей”

    В отличие от многих других стран, Венгрия проводила референдум о вступлении в ЕС. Но проводила очень хитро, поскольку позиции евроскептицизма в обществе были сильны уже тогда. Референдум проводился в 2003 году, аккурат в День космонавтики — 12 апреля. За вступление в унию проголосовали 83,8% от тех 46% граждан, которые на референдум пришли. Таким образом, за ЕС отдали голоса менее 40%. Казалось бы, сами виноваты: надо ходить на такие мероприятия, выражать свое мнение и нести ответственность. Но перед праздником всенародного волеизъявления имели место нечистоплотные манипуляции, почти как у нас. Было принято решение о том, что результаты референдума станут обязательным для исполнения законом, не зависимо от того, какое количество граждан примет участие в мероприятии.

    Десятилетнее пребывание Венгрии в Евросоюзе произвело на местное народонаселение столь неизгладимое впечатление, что некоторые политические силы уже ставят вопрос о проведении референдума о выходе из унии и находят возрастающую поддержку граждан. Но похоже, что уже поздно...

    Мрачные эпизоды советской части истории Венгрии, датированные 1956 годом, вспоминать не будем. Но со времен “гуляшного социализма” имени мадьярского компартийного лидера Яноша Кадара Венгрия заслуженно считалась сытой и ухоженной страной, этаким зажиточным европейским середняком. Страна располагала солидной высокотехнологичной промышленностью, правда, ориентированной на Восток, включавшей машиностроение, в частности, транспортное, электротехнику, электронику, энергетику. Сельское хозяйство Венгрии славилось своей продукцией и способно было прокормить не только свою страну, но и значительную часть Европы экологически чистым и натуральным продуктом.

    При распаде советского блока в стране насчитывалось около 2000 крупных системных предприятий в государственной собственности. Они создавали экономический фундамент, державший на себе всю социальную систему страны. В настоящий момент их осталось менее 100. Большинство предприятий либо перестали существовать вообще, либо перешли в руки иностранного капитала. Участь большинства оказалась очень печальной. Бывшие советские граждане хорошо помнят продукцию крупнейшего в Европе автобусного завода Ikarusbus. Когда-то с конвейера сходили 14 тысяч автобусов в год. Завод купил знаменитая шведская фирма Volvo. Теперь выпуск исчисляется в штуках.

    Предваряя набившие оскомину в подобных случаях рассуждения “специалистов” о “неконкурентной” продукции бывших социалистических предприятий, отметим следующее. В середине 1990-х довелось проехать из Вильнюса в Каунас в автобусе Ikarus, выполнявшем в то время уже международный рейс, кажется, Минск-Клайпеда через Вильнюс и Каунас. Это было новейшее транспортное средство, которое, как минимум, ничем не ступало тому, с чем приходилось сталкиваться на тот момент в Европе. Но “европеоиды” ни за что не позволят продавать продукцию прямым конкурентам “Мерседеса”, “Неоплана”, “Скании”, того же “Вольво”. Спросите, а как же конкуренция, которая, как вещают хорошо оплачиваемая “либерастия”, непременно присутствует при капитализме? Ответим: это обман народа, нет никакой конкуренции во времена государственно-монополистического капитализма, по крайней мере, в серьезных отраслях! Конкурировать можно разве только двум соседним “генделыкам”, кто дешевле нальет кружку пива...

    Кстати, о “Вольво”. По некоторым данным, фирма почти обанкротилась и ее купили... китайцы. Вот умора будет: китайское “Вольво”! Вот только старый добрый “Икарус”, похоже, уже не вернешь...

    Возвращаясь к социально экономической ситуации в Венгрии, отметим, что остатки своей промышленности страна продала всего-то за 11 млрд. долларов, которые были быстро проедены, и вскоре пришлось садиться на кредитную “иглу”, которая и привела к нынешней “ломке”. В настоящий момент внешний долг достигает 80% ВВП и продолжает возрастать. Это к вопросу об иностранных “инвесторах”...

    Естественно, что все это нанесло сокрушительный удар по социальной сфере, поскольку туризмом и кустарным бизнесом невозможно компенсировать гигантские потери рабочих мест из-за развала промышленности и крупно-товарного сельского хозяйства. По официальным данным, безработица в Венгрии составляет 11% трудоспособного населения, а среди молодежи — 28%, что уже сравнимо с Грецией и Испанией. Но это средние цифры, поскольку в восточных регионах страны, примыкающих к Украине, безработица достигает 20%, а среди молодежи до 24 лет — до 40%. Такого пока даже в Украине нет!

    Но это официальные данные, учитывающие тех, кто обращается в центры занятости. По неофициальным данным, значительная часть никуда не обращается, утратив надежду найти работу и интерес к работе вообще. О морально-психологических издержках возникновения целой генерации “лишних людей”, не занятых ничем, а потому деградирующих в ментальном плане, похоже, никто не задумывается.

    Чтобы сэкономить деньги и уменьшить дефицит бюджета для получения очередного кредита МВФ, правительство Венгрии сократила срок получения пособия по безработице с полугода до трех месяцев. И — полная свобода или этот... как его?.. а, либерализм!

    Впрочем, работающим не позавидуешь. Средняя зарплата — 400 евро, то есть где-то на треть выше, чем в Украине. Цены, конечно, ниже, чем, скажем, в Париже, но существенно выше, чем у нас, примерно такие, как в соседней Австрии, где средняя зарплата 2000 евро. Не верьте сказкам, о том, что в Венгрии и Польше цены на товары повседневного спроса ниже украинских. В Польше, Словакии, Венгрии цены в крупных сетевых маркетах, где они должны быть максимально низкими, несомненно, ниже французских или германских аналогов, но существенно выше наших.

    Сокрушительный удар получило некогда знаменитое сельское хозяйство Венгрии, хорошо известное бывшим советским гражданам своей вкусной продукцией. По некоторым оценкам, при номинальной численности населения около 10 млн. человек и территории 93 тыс кв км (для справки — Украина занимает 603 тыс. кв км), Венгрия может обеспечить добротным провиантом до 30 млн. человек.

    Но после вступления в ЕС сельхозпроизводства Венгрии, по ряду оценок, обвалилось почти в 10 раз. На общеевропейский рынок венгерское продовольствие не пустили, а с внутреннего его выдавили своей дешевой продукцией транснациональные корпорации, производящие молоко, мясо крупного скота и птицы по ускоренным технологиям. К тому же, Брюссель признал экологически чистую продукцию венгерского агропрома несоответствующей стандартам Евросоюза. Кстати, похоже, это у них такой стандартный способ зачищать новые рынки от производителей, конкурирующих со своими корпорациями.

    В этом смысле, крайне инфантильными являются надежды на то, что Украина станет “житницей братской семьи народов Европы”, для чего нужно только землю в товар превратить. В Венгрии сельхозпроизводство было покруче нашего, и приватизация была проведена, но это не спасло страну от развала агропрома, и теперь в ряде районов страны сельское население страдает от практически поголовной безработицы.

    Крайне тревожная ситуация сложилась на рынке недвижимости Венгрии, что грозит дефолтом, поскольку банковская система страны буквально увязла в токсичных кредитах, обеспеченных неплатежеспособной ипотекой. Вместо ожидавшегося при вступлении в ЕС взлета цен на недвижимость, они наоборот обвалились. Теперь владельцы жилья не могут расплатиться по ипотеке, а банки боятся отобрать недвижимость у должников, ибо выброс на продажу большого числа залоговых объектов обвалит не только и без того низкие цены на недвижимость, но и всю кредитно-финансовую систему страны.

    Подавляющее большинство венгров, которые еще не выехали из страны, мечтают это сделать. В результате страна галопирующей безработицы испытывает ощутимую нехватку низкооплачиваемых работников в области медицины, образования, инженерно-технической деятельности. Кстати, нечто подобное имеет место в Польше и Прибалтике. Но на чужбине, даже в границах “родного” Евросоюза, гражданами которого венгры являются, их ожидают новые проблемы и унижения. На дверях многих торговых точек в Австрии, Германии и даже Чехии приходилось видеть надписи: “Magyar! Ne lopj”. Полнейшее незнание венгерского языка позволяло лишь понять значение первого слова: “мадьяр”, то есть “венгр”. И только потом люди знающие просветили, что сия надпись обозначает: “Венгр! Не воруй!”. Хорошая у них в Евросоюзе “дружба народов”! СССР с его “интернационализмом” давится от зависти на том свете!

    Все это привело к серьезнейшим психологическим проблемам. Массовым обывателем в Венгрии все более овладевает тревожность, страх за будущее — свое и детей. Подобный психологический климат в сочетании с историческими предпосылками неминуемо должны были породить всплеск правых и националистических настроений в Венгрии, которая всегда имела к этому предрасположенность.

    Прежде всего, на парламентских выборах в 2010 году убедительное большинство в парламенте — Венгрия является парламентской республикой — получила коалиция во главе с партией “ФИДЕС — Венгерский национальный союз” (Fidesz — Magyar Polgari Szovetseg) во главе с нынешним премьером Виктором Орбаном, а именно 263 из 386 мест, то есть более 68%. Это позволило партии Орбана практически единолично сформировать правительство и установить нечто вроде правой диктатуры в режиме “софт”, что, правда, вызвало резкую критику со стороны ЕС, и Орбан слегка умерил свой пыл. Формально ФИДЕС считается правоцентристской партию и входит в Европейскую народную партию наряду, например, с Народным движением бывшего президента Франции Николя Саркози. Реально же эксперты оценивают идеологию, а главное политическую практику ФИДЕС как национал-консервативную.

    Но настоящим “киндер-сюрпризом” стала основанная группой радикальных студентов в 2003 году, то есть в год референдума о вступлении в ЕС 10 лет назад, партия “За лучшую Венгрию”, получившая название “Йоббик” от ее венгерского названия “Jobbik Magyarorszagert Mozgalom”. В названии партии используется игра слов: слово “йобб” (jobb) в венгерском языке имеет два значения — “лучший” и “правый”. И действительно, партия придерживается ультраправых националистических позиций. Одно время эта политсила пыталась даже вывести свою родословную от венгерских фашистов времен Второй мировой войны — “салашистов” по имени их предводителя Ференца Салаши, они же “нилашисты” по названию их партии “Nyilaskeresztes part”, что значит “Партия скрещенных стрел”, поскольку на их эмблеме изображены скрещенные стрелы. Словом, “фашистская романтика”, поэтизирующая кровавую банду венгерского национал-социалиста Салаши, которого даже тогдашний регент Венгрии адмирал Миклош Хорти сажал на нары, но вынужден был выпускать под давлением Адольфа Гитлера.

    В 2006 году “йоббики” принимали активнейшее участие в антиправительственных уличных протестах против правившей тогда Венгерской социалистической партии. Напомним, что тогда в центре Будапешта было настоящее побоище, как в московском Бирюлево. Кстати, это были первые последствия присоединения к Евросоюзу. На выборах 2006 года “йоббики” набрали менее 2% и в парламент не прошли, но продолжали и далее бурную деятельность, неуклонно повышая свой рейтинг на фоне столь же неуклонного ухудшения социально-экономической ситуации в стране.

    Партия активно использует антисемитскую, антимигрантскую и, что является особенностью Венгрии, антицыганскую риторику. Лидер “йоббиков” Габор Вона высказывает также идеи о насильном ограничении рождаемости цыган и введении особого понятия “цыганская преступность”.

    В 2007 году они создали военизированное крыло партии — “Венгерскую гвардию” (Magyar Garda), объявив это формирование наследницей “Скрещенным стрел” салашистов. “Венгерская гвардия” использовала униформу и символику венгерских нацистов образца 1940-х годов. В 2009 году гвардия была запрещена.

    В том же 2009 году на выборах в Европарламент “йоббики” набрали почти 15% голосов, заняв “почетное” третье место и пропустив вперед только двух основных политических тяжеловесов — нынешний правящий, а тогда оппозиционный ФИДЕС и нынешнюю оппозиционную, а тогда правящую Венгерскую социалистическую партию. Из 22 мест в Европарламенте, зарезервированных для Венгрии, партия получила 3, что является весьма крупным успехом. В 2009 году “йоббики” инициировали создание Альянса европейских национальных движений, который сформировали ультраправые партии Европы, — этакий “националистический интернационал”, куда вошли французский национальный фронт и Британская национальная партия. Правда, по последним данным, Национальный фронт Франции отмежевывается от радикалов типа “Золотой зари” и “Йоббика” и намерен объединиться с более респектабельными правыми партиями, а главное — из стран, более респектабельных, чем Венгрия.

    Наконец, на парламентских выборах 2010 года “йоббики” успешно преодолели 5%-й барьер и прошли в парламент. Партия получила 26 мест по территориальным спискам (нечто вроде нашей мажоритарки) и 21 место по общенациональному округу на партийно-пропорциональной основе. Итого, венгерские нацисты сумели получить 47 их 386 мест в парламенте. В настоящий момент разворачивается компания по выборам в Европарламент, которые будут проводиться в мае 2014 года. На этих выборах венгерские ультраправые намерены существенно увеличить количество мест в главном парламенте Европы, хотя являются демонстративными евроскептиками.

    К “йоббикам” можно было бы относиться именно как к “йоббикам”, являющимся внутренней головной болью Венгрии. Но их бурная деятельность касается и напрямую Украины, точнее мест компактного проживания венгров в Закарпатской области, где “йоббики” уже вовсю совершают предвыборные телодвижения.

    Недавно Берегово посетила делегация этих деятелей в составе лидера партии “Йоббик” Габора Воны, главы некоего “кабинета национальной политики” Иштвана Савои и депутата Европарламента от Бейлы Ковача. Последний, кстати, в Берегово держит собственный офис. Делегация провела встречи с представителями венгерских организаций и церковных общин региона, посетили Закарпатский венгерский институт, национальную гимназию, музей, органы местного самоуправления, а также приняли участие в форуме своей партии, который проводился в Закарпатском венгерском театре.

    В ходе мероприятия венгерские деятели раскритиковали официальный Будапешт за то, что он недостаточно заботится о заграничных венграх, а также потребовали от украинских властей увеличить финансирование венгерской гимназии. Венгерские радикалы также сформулировали условия, при которых они готовы поддерживать евроинтеграцию Украины. Среди них числится, в частности, требование немедленно создать на территории Закарпатской области Притиснянского округа, включив в него населенные пункты, в которых преобладают венгры.

    Напомним, что местное венгерское население поголовно имеет паспорта Венгрии и будет принимать участие в выборах в Европарламент, а венгерские радикалы, по сути, ведут предвыборную кампанию на территории нашей страны.

    А главное, кроме наглого вмешательства во внутренние дела Украины, налицо еще и втягивание нашей страны и ее граждан-венгров, имеющих еще и украинские паспорта, во внутривенгерские “разборки”, да еще и с участием дурнопахнущих “нациков”, которые прямо называют себя последователями “салашистов” — пособников гитлеровского режима.

    Возможно, для понимания этого нехитрого, в общем, сюжета нынешней власти Януковича может элементарно не хватать мозгов и банальных исторических сведений, которые можно почерпнуть из интернета. Но ведь при Януковиче есть разные там эксперты, институты стратегических исследований и прочие “советы национальной безопасности Межигорья”. Могли бы и подсветить вопрос...

    “Белый фашизм” развитых демократов

    Постановка вопроса о разворачивании фашизма в Европе отнюдь не является эпатажем. Пока наша хуторянская “элита” рассуждает о “свободной и демократичной” Европе, к которой всем сердцем должен льнуть любой уважающий себя прогрессивный индивид в Украине, в самой Европе, как говаривал Горбачев, “разворачиваются процессы”, весьма тревожные для этой самой “свободы и демократии”. И это не инсинуации каких-нибудь кремлевских технологов и агитаторов-пропагандистов — об этом уже вовсю заявляют некоторые европейские деятели.

    Например, в марте 2013 года лидер социалистической партии Португалии Мануэль Алегре, ранее дважды баллотировавшийся на выборах президента, обвинил Евросоюз в создании концлагеря нацистского образца, прежде всего для стран Южной Европы.

    В свою очередь, бывший министр экономики Италии Джулио Тремонти заявил, что через Евросоюз навязывается “финансовый фашизм”. В своей книге отставной министр пишет: “Наблюдаемые в Европе и некоторых других странах мира тенденции, если их не осознать и решительно пресечь, есть лишь начало процесса перемещения реальной власти за пределы республиканской демократии, в сферу неписаного... закона о чрезвычайных полномочиях... Через чрезвычайщину проталкивается новый фашизм, экономический фашизм, “белый” фашизм”.

    Эти и другие комментаторы полагают, что новый фашизм является прямым наследником фашистских режимов Гитлера, Муссолини, Петена, Франко и других.

    Вопрос о том, насколько нынешний диктат финансовой олигархии похож на режимы указанных диктаторов, кстати, весьма отличавшихся друг от друга, является крайне дискуссионным. В этом месте вспоминаются в целом справедливые догматы советской пропаганды о том, что, не смотря на лозунги о национал-социализме, фашизм гитлеровского образца был диктатурой крупного капитала, хотя здесь следует сделать ряд существенных оговорок. В том, что эскалация финансово-экономического принуждения, буквальное затягивание в его сети населения так называемых стран неумолимо сжимает пространство той самой хваленой свободы, которой кичится западный мир, очевидно для любого здравомыслящего выходца из бывшего Советского Союза, не испорченного “западными ценностями”. Насколько это можно считать фашизмом — вопрос дискуссионный, и вдаваться в него не будем, ибо это уведет нас слишком далеко. Хотя, как говорится, что-то в этом есть...

    Но существенное, часто радикальное поправение общественных настроений в так называемых развитых странах неуклонно нарастает и принимает все более угрожающие формы. Механизмы радикализации изложены выше. Радикализм в подобных случаях может как правым, так и левым. Вообще, следовало ожидать именно левой радикализации, более логичной в условиях кризиса глобальной капиталистической системы. Нечто подобное наблюдается в той же Греции, где, наряду с национал-фашистами “Золотой зари”, заметно активизировались левые радикалы, прежде всего, анархического толка, а леворадикальная СИРИЗА уверено прошла в парламент, хотя тут же выяснилось, что ее представители толком не понимают, что там делать.

    И все же, наблюдается именно правый ренессанс. По скромному разумению автора, причина в том, что левые, преимущественно левоцентристы, которые долгое время находятся во власти в Европе, периодически меняясь местами с правоцентристами, как республиканцы и демократы в Америке, в значительной степени дискредитировали себя. Помнится, еще лет этак 10-15 назад, у нас на отголосках борьбы с “проклятым советским прошлым” было модно восхвалять европейских левых, всех этих еврокоммунистов и евросоциалистов, за то, что они, дескать, привели Европу к счастливому “потребительскому социализму” без тех ужасов, которые в свое время учинили большевики. Услужливыми политологами была даже высосана из пальца некая “глубочайшая научная концепция” примерно такого содержания: для стабильного развития необходимо наличие в обществе умеренных правой и левой тенденций, которые чередуются одна за другой и, как две ноги, ведут социум в светлое будущее. В итоге оказалось, что потребительский рай, который был принят за “социализм с европейским лицом”, был спровоцирован кредитно-финансовым бумом, и когда пузырь лопнул, выяснилось, что огромные массы еврообывателей утопают в пучине безнадежных долгов. А главное, социалисты не только ничего не сделали для облегчения участи массового обывателя, а наоборот активно участвуют в беспределе крупного капитала, в результате которого кучка богатых продолжает богатеть, а хваленый средний класс, который еще недавно объявляли “пупом земли”, погружается в нищету.

    Последним крупным успехом левых в Европе стала победа на прошлогодних президентских выборах во Франции Франсуа Олланда и формирование в Пятой республике правительства социалистов. Но за полтора года Олланду и его команде не удалось решить наиболее острые проблемы, связанные с рецессией, пенсионной реформой, справиться с ростом государственных расходов, безработицей. Комментаторы издевательски подчеркивают, что из предвыборных обещаний он выполнил лишь одно — подписал закон о легализации однополых браков.

    В то же время, крайне правых в послевоенной Европе всячески ограничивали. Они не были у власти со времен Второй мировой войны, Гитлера и Муссолини, конечно, с оговорками на режимы Франко и Салазара, которые сумели надолго закапсюлироваться на Пиренеях, являлись рудиментом “правого марша” в Европе первой половины ХХ века.

    Кризис и популизм правых радикалов дает им следующий шанс, причем не только на “задворках Европы”, вроде Венгрии и даже Греции, но в самых что ни на есть развитых странах. Некоторые зарубежные комментаторы уже успели объявить реанимацию правизны “страшным наследием” фашизма и нацизма 1930 годов, но думается, что главная причина все же лежит в глобализации и кризисе.