ЧитаютКомментируютВся лента
Это читают
Это комментируют

Что именно в Закарпатье празднует Украина: 72-летний юбилей суверенной «Карпатской Украины» или юбилей сговора Мюнхен-1?

    17 августа 2018 пятница
    Аватар пользователя D.Vozdviz

    Что именно в Закарпатье празднует Украина: 72-летний юбилей суверенной «Карпатской Украины» или юбилей сговора Мюнхен-1?

    Доклад на конференции «72-я годовщина Карпатской Украины – факты и мифы».
    3-я Тема: Что именно в Закарпатье празднует Украина: 72-летний юбилей двухчасовой суверенной державы «Карпатской Украины» или юбилей сговора Мюнхен-1?
    Скорее о том, что на требование Гитлера и Сталина о дворазовом расчленении Чехословакии на Мюнхен-1 (1938) и Мюнхен-2 (1945) ответили согласием «демократические» Англия, Франция и США[1], что явилось роковым для национальной республики Подкарпатская Русь. Когда же покаются демократы?

    Президент РФ В.В. Путин сказал в Братиславе 22.02.2005., что "...Тогда, в результате "мюнхенского сговора" на растерзание нацистской Германии была отдана Чехословакия, и западные партнеры как бы показали Гитлеру, куда надо идти для того, чтобы реализовать его растущие амбиции - на Восток. С целью обеспечения своих интересов и своей безопасности на западных рубежах Советский Союз пошел на подписание этого пакта Молотова-Риббентропа с Германией. Вот если в этом контексте мы будем смотреть на проблему, которая сегодня выпячивается, то она смотрится совсем по-другому. И я бы рекомендовал новоявленным историкам или, точнее, тем, кто хочет переписать историю, прежде чем переписывать ее и прежде чем писать книжки, научиться их читать".
    Имеем право и мы, русины, также напомнить В.В.Путину или Медведеву, что и им надо бы чуточку дочитать до конца Мюнхен-1 (Мюнхен-1938), чтобы понять русинскую национальную боль преступления Мюнхена-2 (Москва-1945) и безответственность его правопреемников Чехии и РФ сегодня после 1991 года.
    Напомним, что самое поразительное в этой истории выше семидесятилетней давности то, что уступки, как Гитлеру, так и Сталину, на которые пошли западные демократические державы в Мюнхене-1 (1938) и сама Прага в 1945 г., были беспрецедентны и дикие.
    Генерал Айронсайд писал: «Кажется чудовищным, как мы с расчетливым цинизмом подписались под уничтожением свободы 9 млн. человек»[2] - жителей Федеративной Чехословакии. К моменту подписания мюнхенского соглашения, которое более всего напоминало нечистоплотный сговор, одна лишь Чехословакия мобилизовала миллион солдат, и вместе с Францией могла выставить против Германии втрое большее количество войск. Гитлера можно было остановить! Но была разыграна иная карта, которая прервала государствообразующий процесс русинской нации.
    Через 7 лет, 29 июня 1945 года, повторился новый Мюнхен-2! Теперь уже Прага, хоть и наученная горьким опытом предательства и сговора против нее, в трагедии Мюнхена-1, все равно подпишет в Москве капитулянтский Мюнхен-2, незаконный договор или сговор «О Закарпатской Украине». Чехи в сговоре с большевиками в 1945 году легко отдадут Сталину Подкарпатскую Русь на украинизацию украинскими коммунистами, чтобы таким позорным способом предательства и сговора, вернуть себе немецкие Судеты, отобранные у них Гитлером в 1938 г.
    Французский посол в Лондоне Ш. Корбэн признал, что принятые англичанами и французами решения (Мюнхена-1) являются «самым позорным» актом французского правительства за многие годы[3], которые нельзя ничем объяснить, только варварством и дикарством против суверенных стран, развернувшимся и сегодня в мире теми же странами.
    Итак, краткая история варварского сговора варваров!
    После «консультаций сильных мира того», 13 сентября решение о целесообразности созыва т.н. «международной конференции по расчленению Чехословакии» было принято на заседании… французского правительства. Об этом сразу же было сообщено в Лондон. Ж. Боннэ считал, что «целью конференции должно явиться принятие решения о передаче Судетской области Германии и что в ней должны участвовать четыре западные державы»[4]. Это было полным отречением правительства Даладье — Боннэ от борьбы с агрессией Гитлера, от союзных договоров с СССР и Чехословакией, полной капитуляцией перед фашистским рейхом[5].
    15 сентября Н. Чемберлен в сопровождении Г. Вильсона и У. Стрэнга прибыл в Берхтесгаден. Английский премьер начал беседу с Гитлером с заявления о его стремлении к англо-германскому сближению и выразил пожелание обменяться общими взглядами о политике обеих стран[6].
    Берхтесгаденский заговор дал Гитлеру возможность сделать вывод, что ему нечего опасаться Англии в захвате Судетской области. Вскоре же после встречи представитель МИД Германии при ставке Гитлера В. Хевель получил сведения о том, что «Гитлер планирует затем захват всей Чехословакии. Он теперь совершенно уверен, что эта задача может быть осуществлена без вмешательства британского правительства»[7].
    Изложив на совещании с лордом Галифаксом, Саймоном и Хором итоги своих переговоров с Гитлером, Чемберлен заявил, что «он считает возможным удовлетворить требование Гитлера о присоединении к Германии Судетской области и выражал уверенность, что такое решение судетского вопроса открывает возможность к англо-германскому соглашению»[8].
    На совещании глав правительств Англии и Франции в Лондоне 18 сентября было решено - удовлетворить варварское требование Гитлера о расчленении Чехословакии.
    На следующий день 19 сентября чехословацкому правительству демонстративно вручили ноты, содержавшие совместное ультимативное требование Германии, Англии и Франции о передаче Гитлеру Судетской области. Правительства Англии и Франции при этом потребовали согласия Чехословакии на замену ее договоров о взаимной помощи с другими странами общей гарантией от неспровоцированной агрессии, выражая готовность принять участие в этой гарантии[9].
    Президент США Ф. Рузвельт признал 20 сентября, что этим требованием Англия и Франция требуют от Чехословакии «самой ужасной безжалостной жертвы, которая когда-либо требовалась от какого-нибудь государства», но он «был бы первым, кто приветствовал бы это»[10]. Т.е., подчинился и сам имже осуждаемому варварству.
    Просьба 20 сентября чехословацкого поверенного в делах к американскому правитель-ству опубликовать хоть какое-то заявление в поддержку Чехословакии, осталось у властей США без всякого внимания.[11]
    Уже в ночь на 21 сентября, очень срочно, указания своих правительств, английский и французский посланники в Чехословакии заявили чехословацкому правительству, что, если оно не примет англо-французских предложений, фактически, фарварских требований, то Франция «не выполнит договора» с Чехословакией. При этом они еще и предупредили Прагу, что «если чехи объединятся с русскими, то война может принять характер крестового похода против большевиков, а это угрожает и самой Праге[12].
    Лондон, в лице влиятельных членов английского правительства Сэмюэль Хор впоследствии вынужден был признать, что расчленение Чехословакии на три страны Чехию, Словакию и Подкарпатскую Русь, было одна из наиболее бесстыдных акций в истории британской дипломатии[13], за которую до сих пор англичане и французы не извинились, а продолжают в том же духе и сегодня.
    Бенеш и чехословацкое правительство морально капитулировало, подчиняясь англо-французскому давлению, и вынужденно дали согласие удовлетворить требования Гитлера.
    Польша, прочно связанная с Германией, узнав об этом, «стала играть активную роль» ... в провоцировании обострения тешинского вопроса[14].
    Еще 25 мая 1938 г. Э. Даладье со своей стороны информировал советского полпреда в Париже Я. З. Сурица, что его зондаж о позиции Польши в случае германской агрессии против Чехословакии дал самый отрицательный результат. Не только не приходится рассчитывать на поддержку со стороны Польши, сказал Даладье, но «нет уверенности, что Польша не ударит с тыла»[15]. Поляки оказались такими же варварами как и французы с англичанами.
    Видя как США, Англия, Франция, Польша и Венгрия готовятся к расчленнеию Чехословакии, чехословацкое правительство 19 сентября 1938 г. передало Советскому правительству просьбу, окажет ли СССР, согласно договору, немедленную помощь, если Франция останется верной и тоже окажет помощь, и поможет ли СССР Чехословакии как член Лиги наций[16]?
    И уже 20 сентября СССР счел возможным дать на оба эти вопроса положительные ответы[17]. Советскому полпреду в Праге в тот же день были даны соответствующие указания[18]. Поэтому уже 22 сентября чехословацкое правительство, сообщая о непосредственной опасности нападения со стороны Польши, обратилось за поддержкой к СССР. 23 сентября советское правительство срочно передало польскому правительству заявление что, если бы польские войска вторгнутся в пределы Чехословакии, СССР посчитает это актом агрессии против Чехословакии и денонсирует договор о ненападении с Польшей[19]. Несмотря на этот договор с СССР польский посол в Париже Ю. Лукасевич 25 сентября гордо заявил У. Буллиту, что в случае оказания СССР помощи Чехословакии Польша готова к войне против СССР вместе с Германией. В таком случае, заявил Лукасевич, «в течение трех месяцев русские войска будут полностью разгромлены и Россия не будет более представлять собой даже подобия государства»[20].
    Румыния, в конфликте между Польшей и СССР из-за Чехословакии, заявил румынский посланник, «будет также на стороне Варшавы» и, «в любом случае, союз с Польшей будет иметь приоритет перед их обязательствами в отношении Праги»[21].
    22 сентября Н. Чемберлен в сопровождении Г. Вильсона и У. Стрэнга прибыл в Бад-Годесберг для новой встречи с Гитлером, сообщивши Гитлеру, что «ему удалось добиться согласия на передачу Германии Судетской области не только от английского, но также от французского и… чехословацкого правительств».
    Это дало Гитлеру силу решиться ужесточить свои требования, в деле ликвидации суверенного чехословацкого государства[22], добавивши: «Мне очень жаль, но этого согласия уже недостаточно».
    Чемберлен после поездки в Бад-Годесберг, признался на заседании английского правительства, что новые требования Гитлера его шокировали[23].
    Чемберлен, вернувшись из Мюнхена, в ультимативном порядке потребовал, чтобы передача Германии Судетской области была начата уже 26 сентября, и закончена к 28 сентября[24].
    Примечательно, что Чемберлен, учитывая требования Гитлера, решительно настаивал теперь также на передаче некоторых районов Чехословакии Польше (Тешин) и Венгрии (Подкарпатская Русь). А потом вообще заявил, что приходит конец существованию чехословацкого государства. В случае отклонения его требований Гитлер грозил войной[25].
    Перед отъездом из Бад-Годесберга Чемберлен, уже как пионер, заверил ? Гитлера, что сделает все возможное для обеспечения выполнения его требований по уничтожению суверенной Чехословакии[26].
    Надо отметить, что позицию английского правительства сперва подверг резкой критике сам Черчилль, как ведущую к войне, а англо-французский план расчленения суверенной Чехословакии возмутителен[27].
    Но, все же, 29 — 30 сентября в Мюнхене состоялась та злосчастная позорная конференция варваров Англии, Франции, Германии и Италии, завершившаяся «торговой сделкой» об отторжении от Чехословакии и присоединении к Германии территории вдоль германо-чехословацкой границы.
    На встрече в Мюнхене 29 сентября Невилл Чемберлен и Адольф Гитлер фактически обсуждали акт уничтожения Чехословакии. Н. Чемберлен и Э. Даладье прибыли в Мюнхен, заранее приготовившись к капитуляции. Хоть требования, предъявляемые Гитлером, формально были внесены Муссолини, Гитлер впоследствии похвалялся, что в Мюнхене Чехословакия была ему «поднесена на блюде ее друзьями»[28].
    Редский случай в истории! Представителям суверенного государства Чехословакия только объявили результаты мюнхенского сговора четырех демократических держав как приговор, который, ктому и негде было обжаловать.
    На протесты чехов Вильсон по-саксонски сказал: «Извините, но спорить бесполезно»[29].
    Очевидно, что, согласно международному праву, эти четыре державы не имели ни малейших законных оснований присваивать себе право принимать решение о разделе сувернной Чехословакии. Поскольку эта сделка была грубым нарушением суверенных прав чехословацкого государства и была навязана Чехословакии под угрозой применения силы, то она была незаконной.
    Но премьер-министр Великобритании Чемберлен подписал «Мюнхенское соглашение» в 1938 г. И Ф. Рузвельт счел за честь примкнуть к компании «мюнхенских миротворцев-варваров». Он отправил Чемберлену через своего посла в Лондоне Дж. Кеннеди даже поздравительную телеграмму[30] о содеянном, как «акте мира».
    Польский посол в Лондоне Э. Рачиньский писал, касаясь Мюнхена, что в Англии господствует пропагандистское мнение, что Чемберлен Мюнхеном-1 1938 г. «защитил английские ворота и перенес таким образом военную игру на восток Европы»[31].
    4 октября 1938 г. французский посол в Москве Р. Кулондр со своей стороны отмечал, что мюнхенское соглашение «особенно сильно угрожает и Советскому Союзу. После нейтрализации Чехословакии Германии открыт путь на юго-восток»[32]. Лорд Лотиан, назначенный вскоре английским послом в США, отмечал, что в связи с Мюнхеном-1 «политические круги Лондона полагали, что Гитлер после захвата Чехословакии... двинется на Украину». «В Европе все ожидали этого»[33], — подчеркивал он.
    Аллен Даллес, касаясь «упущенных возможностей», говорил, что после Мюнхена-1 вся Юго-Восточная Европа постепенно могла оказаться фактически под властью Германии, после чего «ей легко было бы повести войну на один фронт против России»[34].
    Английский историк Дж. Уилер-Беннет подметил, что среди правящих кругов Англии в период Мюнхена «существовала тайная надежда, что если бы удалось повернуть направление германской агрессии на восток, то она израсходовала бы свои силы в русских степях в борьбе, которая истощила бы обе воюющие стороны»[35]. Били в одни ворота!
    Об этом же свидетельствует и известный американский публицист и обозреватель У. Липпман. Он писал, что мюнхенская политика Англии основывалась на «надежде, что Германия и Россия окажутся в состоянии войны и обескровят друг друга»[36].
    …Мюнхенское соглашение коренным образом меняло положение в Центральной Европе. Захватив Австрию, а затем часть Чехословакии, гитлеровская Германия значительно укрепила свои позиции. В жертву Гитлеру в Мюнхене-1 была преподнесена подлинно демократическая Чехословакия. Ей было навязано незаконное решение, согласно которому она потеряла значительную часть своей территории и населения, в том числе важнейшие в экономическом отношении районы. Ввиду смешанного состава населения присоединенных к Германии районов под властью фашистского рейха оказалось 1 661 616 чехов и словаков[37]. Новыми границами были перерезаны и нарушены важнейшие транспортные магистрали страны. Чехословакия была лишена своих хороших естественных границ и пограничных укреплений и оказалась совершенно беззащитной перед агресором Гитлером. Секретарь британского кабинета полковник M. Хэнки подметил в марте 1938 года на заседании правительства, что еще с 1919 года всегда считался бесспорным тот факт, что Чехословакия может существовать только как нераздельное целое. Иначе ее ждет развал[38]. Тем самым мюнхенской сделкой были созданы условия, которые полгода спустя были использованы фашистским рейхом для полной ликвидации чехословацкого государства.
    Резко ослабленными оказались в результате Мюнхена-1 также стратегические и политические позиции собственно и самих Франции и Англии. Была ликвидирована англо-французская гегемония в Европе, основывавшаяся на Версальском договоре. В Мюнхене-1 по существу была уничтожена система военных союзов, заключенных Францией с другими государствами Европы. Фактически перестал существовать и советско-французский договор о взаимопомощи против агрессии как средство обеспечения мира и безопасности в Европе. Была похоронена Лига наций. Фашистская Германия получила наилучшие возможности для дальнейшей экспансии, в том числе и для агрессии против самих же Франции и Англии, которіе дорого поплатились за варварський уговор с Гитлером.
    Гитлер после єтого дал команду своїм спецслужбам готовить Чехословакию к разделу и уничтожению. Был сломлен сам президент Гаха. В Праге открыто работал Абвер. В Словакии агентура Абвера быстро завербовала Иосифа Тисо, приготовив его к расчленению страны.
    На Подкарпасткой Руси первый премьер-министр русин Андрей Бродий, будучи патриотом Подкарпасткой Руси и всей страны отказался сотрудничать с Абвером. Тогда его просто удалили, формально ссылаясь на то, что он «работает на Будапешт». Завербованный Абвером Августи Волошин, как только взошел на пост, сразу распустил все политические демократические партии, создав только одну профашистскую УНО из числа эмигрантов и нелегалов с польской Галичины, граждан Польши. В руках галицких националистов оказался незавершенный русинами государствообразующий процесс: проведения выборов в Сойм-парламент и провозглашение сувернной русинской державы. Но теперь это процесс завершался не русинам, а украинскими нацистами под влиянием Берлина и агентуры Абвера. Под давлением галичан-нелегалов, вопреки запретам Берлина, все равно незаконно было подменено название Подкарпатской Русин на Карпатскую Украину еще до заседания Сойма (парламента), который вместо 22 марта незаконно собрал А. Волошин на 15 марта, как на день «Х», указанный Берлином по расчленению Чехословакии. Под это преступление Гитлера, и была совершена попытка провозглашения 15 марта 1939 года Карпатской Украины, как суверенной, но уже не русинской, а украинской соседней державы», с немедленным уходом всех провозглашающих.
    Странно, что провозглашали Карпатскую Украину для русинского народа, который называли «карпато-украинским», от которого и убежали через несколько часов после «акту проголошення української держави» на русинской территории. Через пару дней Венгрия полностью оккупировала Подкарпатскую Русь.
    Политические украинцы вернуться в русинскую Подкарпатскую Русь, но уже не с немцами, а с большевиками на советских танках. Но результат для русинов оказался тот же: незаконченную попытку украинизации галицкими нацистами в 1939 г. грубо продолжили украинские большевики после 1945 г., А после 1991 года – начался этноцид, дискриминация, применение судебных репрессий, что приняло вид геноцида русинского народа.
    В 1941 году при переписи в Подкарпатской Руси оказалось выше 500 тысяч русинов и всего несколько сот этнических украинцев из числа нелегалов. Для кого же тогда А. Волошин провозглашал «українську державу»? А зачем тогда пришлось повторно провозглашать «українську державу» Кравчуку в 1991 году, если уже существовала «українська держава» Карпатская Украина с 1939 года с тризубом и сине-желтым флагом?
    А куда девались русины на переписи при независимой Украине? А куда подевалась Подкарпатская Русь с галицко-берлинским именем «Карпатская Украина» и сталинским - «Закарпатская Украина»? На эти вопросы сегодняшние националисты ответить боятся!
    Источники и литература:

    Рейтинг: 
    Загрузка...